Что известно о потерях России за 10 месяцев войны в Украине

С первого дня войны Русская служба Би-би-си совместно с изданием «Медиазона» (признано в России «иноагентом») и командой волонтеров ведет поименный список потерь российских военнослужащих в Украине. На 23 декабря нам удалось подтвердить информацию о 10505 погибших солдатах и офицерах.

Мы опираемся только на подтвержденные сообщения о гибели, поэтому собранные данные не отражают реальный уровень потерь. Мы предполагаем, что наш список может содержать по меньшей мере на 40-60% меньше имен погибших, чем реально захоронено в России. К такому выводу мы пришли, изучая обстановку на кладбищах в более чем 60 российских населенных пунктах.

Следовательно, по наиболее консервативной оценке, потери российской армии и Росгвардии в Украине могут составлять более 21 тысячи человек.

Общие безвозвратные потери России (то есть число тех, кто выбыл из строя по причине ранения, смерти или пропал без вести) могут составлять по меньшей мере 95 500 человек.

Эта цифра получена на основе наблюдений Центра военно-морского анализа США, согласно которым на каждого погибшего российского военного в ходе войны в Украине приходится в среднем около трех с половиной раненых. В эту цифру не входят те, кто воевал на стороне России в составе «народных милиций» Донецка и Луганска.

Среди них нам удалось установить имена 456 человек, погибших в зоне боевых действий на территории Украины. Еще 36 умерли на территории России — чаще всего, как утверждается, из-за проблем с сердцем, вследствие несчастных случаев или из-за злоупотребления алкоголем*.

Реальные потери среди мобилизованных могут быть гораздо выше, поскольку во многих сообщениях о солдатах, погибших в Украине начиная с октября, не указывается их статус. Из-за этого иногда невозможно понять, служил ли мужчина контрактником, ушел ли на фронт добровольцем или был мобилизован.

По рассказам самих мобилизованных, их подразделения продолжают нести существенные потери по ряду причин. Среди них: интенсивные и точные артиллерийские обстрелы со стороны Украины, плохая координация действий различных отрядов российских военных, проблемы со связью и картами, а также недостаточная подготовка.

Более подробно о причинах существенных потерь среди мобилизованных можно почитать здесь.

К зиме на первое место по числу подтвержденных потерь вышел Краснодарский край (454 погибших). При этом о смерти 40% погибших из этого региона не сообщалось в СМИ и соцсетях — об их гибели удалось узнать, только изучив захоронения на местных кладбищах.

На втором месте по числу погибших — Дагестан (373 человека), на третьем — Бурятия (362 человек). После начала мобилизации существенно выросло число погибших из Свердловской области, сейчас общая цифра потерь в регионе составляет 346 человек.

Для сравнения: известно лишь о 58 погибших из Москвы, хотя жители столицы составляют почти 9% населения России.

Если поверхностно посмотреть на эти цифры, то может сложиться впечатление, что Россия посылает на фронт в основном этнические меньшинства. Но, детально изучив собранные Би-би-си, «Медиазоной» и волонтерами данные, социологи пришли к обратному выводу.

С одной стороны, представители национальных республик и автономных округов действительно уезжают на фронт и погибают там чаще выходцев, чем выходцы из «русских» регионов. С другой стороны, в абсолютных цифрах — большинство погибших российских военных все же составляют этнические русские.

Судя по всему, высокий риск гибели для этнических меньшинств может являться результатом экономического неравенства между регионами, а не сознательной политики дискриминации.

Во многих уголках России, где не работают социальные лифты, служба в армии по контракту является одной из немногих возможностей получить стабильный заработок.

За 10 месяцев войны элитные подразделения российской армии и Росгвардии понесли очень серьезные потери.

Например, на основе открытых источников нам удалось установить имена по меньшей мере 74 солдат и офицеров 24-й гвардейской бригады спецназа ГРУ из Новосибирска. В их числе девять офицеров в звании от лейтенанта до подполковника.

С учетом соотношения числа раненых и убитых в этой войне можно предположить, что из рядов новосибирских спецназовцев ГРУ в результате гибели или ранения могли выбыть (по меньшей мере временно) не менее 330 человек. Это более половины предполагаемой численности 24-й бригады на момент начала войны.

Для сравнения: за 10 лет войны в Чечне бригада потеряла убитыми 10 человек.

При этом оперативно восполнить потерю бойцов ГРУ довольно сложно. В случае выбывания рядовых специалистов (например, гранатометчика или минометчика), бойца другой специальности, пришедшего на замену, можно переобучить за несколько недель, в более редких случаях — за один-два месяца. Обучение солдат и офицеров специальных отрядов ГРУ занимает значительно больше времени.

Существенные потери несут также отряды спецназа Росгвардии и соединения морской пехоты. Представителей этих и других элитных российских подразделений в этой войне часто используют для решения задач, которые обычно ставятся перед штурмовыми отрядами пехоты и мотострелками в общевойсковом бою. При этом элитные отряды часто не получали необходимой в таких случаях поддержки со стороны танковых подразделений.

Систематически пытаясь решать несвойственные им задачи, морпехи, десантники и спецназовцы несут большие потери

Через 10 месяцев после начала войны наибольшее число потерь — 17% — приходится на пехоту. По оценке специалистов, мотострелковые подразделения российской армии оказались наименее подготовленными к тем задачам, которые возникают перед ними в ходе вторжения в Украину.

По данным осведомленных источников, основная штурмовая нагрузка на фронте сейчас ложится на соединения добровольцев и отряды ЧВК.

Доля добровольцев сейчас составляет 12% от общего числа подтвержденных потерь. В большинстве случаев это люди, по своему желанию подписавшие краткосрочные контракты с минобороны и Росгвардией уже после начала войны. При этом перед отправкой на фронт многие из них прошли лишь от 3 до 10 дней подготовки.

О потерях сотрудников частных военных компаний известно немного. Нам удалось установить имена 301 человека, погибшего, воюя в составе ЧВК. Из них более 160 человек — это заключенные российских тюрем. Некоторые из них были осуждены по тяжким и особо тяжким статьям.

По оценке фонда «Русь сидящая» (признан в России иноагентом), число завербованных на войну заключенных превысило 20 000 человек.